У населения появится «цифровое право»

Законодатели взялись за легализацию субъектов цифровой экономики. 26 марта для рассмотрения нижней палатой парламента был представлен проект федерального закона, вносящий соответствующие поправки в ГК. Поправки легализуют некоторые основополагающие понятия, относящиеся к сфере цифровой экономики, как часть гражданских правоотношений.

Одно из главных базовых юридических понятий, описываемых в документе,— «цифровое право». Авторы проекта предлагают использовать его вместо уже ставшего распространенным термина «токен». «Цифровое право» по своей юридической сущности схоже с ценной бумагой: так же удостоверяет право на объекты гражданских прав, в частности, на иное имущество (по аналогии безналичным денежным средствам и бездокументарным ценным бумагам). Удостоверение же это выражается в наборе некоей цифровой информации, например, цифровом коде. В отношении цифрового права действуют правила, сходные с правилами, описанными для объектов гражданского права. Например, цифровое право может отчуждаться, переходить от одного лица к другому и т.п. Требования граждан и организаций, вытекающие из сделки с цифровым правом, подлежат судебной защите.

Кроме того, в документе описано понятие «цифровые деньги». В отличие от цифрового права, цифровые деньги не предоставляют права на какое-либо имущество, а являются лишь расчетной единицей. При этом, как подчеркивается в пояснительной записке к проекту закона, в ГК закрепляется правило, по которому цифровые деньги не являются законным средством платежа — то есть «не обязательны к приему при осуществлении всех видов платежей, для зачисления на счета, во вклады и для перевода на всей территории РФ». Однако предусматривается ряд условий, при которых расчеты с их помощью возможны — например, в рамках частных блокчейн-систем по взаимной договоренности сторон. При этом использоваться они смогут «в контролируемых объемах и в дополнительно урегулированном порядке», подчеркивают авторы документа.

Также законопроект определяет правила совершения сделок с цифровыми правами. Фактически он приравнивает смарт-контракты (в документе названы «самоисполняемыми сделками») к простой письменной форме сделки. «Для целей исполнения сделок с цифровыми правами вводится правило: факт совершенного компьютерной программой исполнения сделки не оспаривается»,— отмечается в пояснительной записке к документу. Это правило будет действовать всегда за исключением тех случаев, когда фальсифицируется сама программа.

По словам экспертов, документ закрывает в законодательстве те белые пятна, которые не позволят заработать другим профильным законам в сфере цифровой экономики, в частности, закону «О цифровых финансовых активах». «Законопроект создает фундаментальную основу для развития цифровой экономики в стране и, в частности, появления нового класса активов для инвесторов»,— говорит предправления Национального расчетного депозитария Эдди Астанин. По его словам, введение понятий цифрового права и возможности совершения сделок с ними позволяет «создавать экосистемы для проведения ICO и обращения цифровых активов на вторичном рынке». Управляющий партнер юридической технологической компании «Симплоер» Антон Вашкевич считает позитивным отсутствие привязки смарт-контрактов к каким-либо технологиям и, шире, к цифровым активам вообще. «Такая привязка была в корне ошибочной, так как смарт-контракты действуют и в совершенно других сферах»,— отмечает он. Однако есть в проекте и шероховатости, указывает Вашкевич. Так, цифровые деньги описаны в связке с блокчейном, тогда как могут появиться новые технологии, что повлечет за собой необходимость снова править ГК.

Согласно тексту законопроекта, предполагается, что закон должен вступить в силу уже с 1 мая 2018 года. Однако этот срок малореален — Госдума должна успеть одобрить его в трех чтениях, а затем закон должен быть подписан президентом.