Суд в Германии отказал немецкой компании в ходатайстве о том, что российский истец должен предоставить обеспечение судебных издержек
Федеральный Верховный суд Германии подтвердил недопустимость требования обеспечения судебных издержек от российской компании в деле против немецкого производителя, основываясь на международных обязательствах Германии по Гаагской конвенции по вопросам гражданского процесса. Это следует из опубликованных материалов дела.
Российская компания и немецкий производитель заключили договор купли-продажи трех машин и оборудования для внутренней обработки металлических корпусов в 2021 году. Договор предусматривал три этапа поставки товаров, а также арбитражную оговорку МКАС при ТПП РФ. Первые две поставки были осуществлены, однако после февраля 2022 года немецкий контрагент отказался от третьей поставки на общую сумму €1,2 млн.
Тогда российская компания инициировала арбитражное разбирательство по правилам МКАС. Состав арбитража вынес решение в пользу истца, обязав ответчика выплатить более €186 тыс. и проценты.
Получив третейское решение, истец обратился в Верховный земельный суд Штутгарта с заявлением о его признании и приведении в исполнение в Германии. Суд пришел к выводу, что исполнение решения противоречило бы санкционным ограничениям в отношении российских лиц и, следовательно, публичному порядку Германии, поэтому отказал в удовлетворении заявления.
Вместе с тем ответчик ходатайствовал, чтобы истец предоставил обеспечение судебных издержек в виде денежных средств, внесенных на депозит суда: согласно праву Германии такое обеспечение должно быть предоставлено от участника процесса, не являющегося резидентом государства-члена ЕС, чтобы гарантировать противной стороне возможность взыскания судебных расходов. Однако данное правило не применяется, если международным договором установлено иное, и тут применяется Гаагская конвенция по вопросам гражданского процесса 1954 года, участниками которой являются Россия и Германия. Статья 17 документа запрещает требовать обеспечение по причине иностранного происхождения стороны процесса. В итоге суд отказал в удовлетворении требования ответчика.
Не согласившись с отказом в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, российская компания обратилась в Федеральный Верховный суд Германии с кассационной жалобой на решение суда первой инстанции. Ответчик же вновь ходатайствовал о встречном обеспечении со стороны истца и настаивал, что из-за санкционного регулирования ЕС судам на территории Евросоюза запрещено удовлетворять требования подсанкционных лиц (no-claims clause), а также на том, что упомянутая ранее Гаагская конвенция не применяется на основании ст. 62 Венской конвенции о праве международных договоров.
Впрочем, Федеральный Верховный суд отверг оба довода ответчика, заявив, что:
- no-claims clause касается только материально-правовых вопросов, а не процессуальных;
- освобождение от обеспечения основывается исключительно на самом факте международно‑правового обязательства, а не на практической исполнимости будущих судебных решений;
- ни Германия, ни Россия не вышли из Конвенции, поэтому она сохраняет свое действие, к тому же санкции и политические обстоятельства не отменяют действие данной конвенции.